Зачем ВКС России три типа боевых вертолетов

09:0002 нояб, 2015 22283

Сразу три типа многоцелевых вертолетов огневой поддержки поступают на вооружение Воздушно-космических сил России. Новейшие Ка-52 «Аллигатор» и Ми-28Н «Ночной охотник» в паре со своим «родственником» Ми-35 продолжают пополнять авиапарк армейской авиации ВКС. Военный эксперт Lenta.ru Илья Крамник задался вопросом — для чего нашим вооруженным силам понадобилось несколько моделей ударных вертолетов?

Одной из главных задач при формировании новой Госпрограммы вооружения на 2011–20 годы и ее последующих дополнениях в свое время стало максимальное сокращение номенклатуры закупаемой техники, по сравнению с позднесоветским периодом: от армейских грузовиков до боевых кораблей.

На этом фоне одновременные поставки трех типов ударных вертолетов (Ми-28Н, Ка-52 и Ми-35), идущие параллельно с модернизацией Ми-24П постройки 1980-90-х годов, вызывают вопросы.

Особенно учитывая, что ударное крыло российской вертолетной группы в Сирии с самого начала операции 30 сентября 2015 года составили именно Ми-24П, и лишь позднее, по неподтвержденной пока информации, к ним присоединилось некоторое количество Ми-28Н.

Ветеран всех войн

Проще всего ответить на вопрос о поддержании в исправности парка Ми-24. Ветеран большинства локальных конфликтов на планете с конца 70-х годов по настоящее время остается в строю в своей пушечной версии Ми-24П, оснащенной спаренной установкой 30-мм пушек, жестко закрепленной по правому борту.

Часть парка проходит глубокую модернизацию в вариант Ми-24ПН, часть поддерживается в летном состоянии за счет ремонтов и замены двигателей, с ограниченным вводом нового оборудования типа очков ночного видения и спутниковой навигации.

Причина такого подхода понятна — при всем росте поставок новой техники очевидно, что обойтись двумя-тремя сотнями боевых вертолетов в строю и в резерве первой категории Вооруженные силы России не смогут, а довести число новых машин до 450–500 вряд ли будет возможно раньше, чем спустя 10–15 лет в силу экономических обстоятельств. Этот фактор является ключевым при определении судьбы Ми-24, и очевидно, что «Крокодилу» предстоит еще долгая служба и не один вариант модернизации.

«Серый Крокодил»

Ми-35, являющийся прямым продолжением Ми-24, внешне мало от него отличается: несколько более короткие консоли с уменьшенным — с шести до четырех — количеством пилонов для подвески вооружения, неубираемые стойки шасси и более развитое прицельное оборудование, серый цвет окраски. Цель заказа на Ми-35, уже после запуска в серию вертолетов Ми-28Н, объясняется по-разному. Ключевых моментов два: во-первых, учитывая проблемы с освоением Ми-28, эта машина позволяла увеличить темпы поставок новой техники, а во-вторых — облегчить переход с Ми-24 на Ми-28, что обусловило больший процент Ми-35 в учебных подразделениях по сравнению с боевыми.

Ми-35 был одним из кандидатов на «сирийский фронт», но в условиях данного театра — где огневая мощь играет более важную роль, нежели современное оборудование — большее число точек подвески у исходного Ми-24 было признано более существенным козырем.

«Ночной охотник»

Ми-28 шел к серии очень долго — настолько, что к тому моменту, когда в 2006 году был подписан первый контракт на поставку этих машин в войска, вертолет успели несколько раз похоронить. Концептуально машина, созданная с учетом опыта боевого применения Ми-24, в том числе в Афганистане, представляет собой доведенную до предела концепцию ударного вертолета как средства непосредственной поддержки войск.

Бронирование позволяет выжить под обстрелом практически любых средств войсковой ПВО, а огневая мощь в сочетании с современным оборудованием — успешно работать как против современной бронетехники, так и против иррегулярных формирований.

Главным козырем Ми-28Н в плане оборудования должен был стать радар, однако довести РЛС до серийных кондиций удалось только к 2014 году, на варианте Ми-28НМ. Оптикоэлектронный комплекс обеспечивает возможность всепогодного и круглосуточного применения и без радара, пусть и с несколько меньшими возможностями по обнаружению целей.

Ми-28 поступает в войска уже достаточно давно, есть и опыт боевого применения этой машины в некоторых контртеррористических операциях на Северном Кавказе, поэтому многие ждали появления «охотника» и в Сирии. Пока официального подтверждения наличия этих машин на авиабазе Хмеймим нет.

Причиной задержки, скорее всего, стал несчастный случай — авария Ми-28 2 августа 2015 года под Рязанью, в результате которой погиб один из членов экипажа. Расследование причин пока продолжается, и в этих условиях отправлять вертолеты в бой без чрезвычайной необходимости вряд ли имеет смысл.

Однако это говорит и о том, что ждать боевого дебюта Ми-28 в Сирии, скорее всего, осталось недолго.

От «Акулы» к «Аллигатору»

Появившемуся на свет одновременно с Ми-28 вертолету Ка-50 стать реальной боевой машиной было не суждено: его биография ограничилась короткой командировкой в Чечню в 1999 году. Но созданный на его основе Ка-52 на сегодня является, возможно, одной из самых технически продвинутых машин Воздушно-космических сил РФ в принципе.

Эта техническая продвинутость обусловила и длительный срок освоения, а главный калибр «Аллигатора» — такое имя получил Ка-52 — только пошел в войска: первая партия противотанковых ракет «Вихрь» была передана концерном «Калашников» военным осенью 2015 года.

Ка-52 не обладает столь мощным бронированием и, по оценке ряда специалистов, не столь живуч, как Ми-28, однако выносливости танка от этой машины никто и не требует.

Развитая электроника и «длинная рука» в виде «Вихря» позволяют поражать цели на значительной дистанции, не входя в зону досягаемости ПВО мотопехотных и танковых подразделений.

Ряд достоинств вертолета — включая большую продолжительность висения, малую шумность и другие — облегчает его использование в качестве машины поддержки спецподразделений. Кроме того, исторически специализирующееся на морской тематике КБ Камова создало и палубный вариант ударного вертолета, что позволяет рассчитывать на резкий рост огневой мощи частей морской пехоты, когда флот сможет получить, наконец, десантные вертолетоносцы.

Вместе с тем, при всех достоинствах, появление в Сирии Ка-52 менее вероятно, чем Ми-28 или Ми-35: его применение против мелких иррегулярных групп походит скорее на забивание гвоздей микроскопом.

При всей разнице конструкций, современные российские вертолеты унифицированы по ряду систем, включая двигатели и основную массу вооружения. Тем не менее, вопрос о том, закупки каких именно машин будут прекращены в случае, если экономика заставит сократить военные расходы, остается.

Ответить на него, находясь снаружи системы принятия решений, затруднительно, но ясно одно: возможности современного оборудования позволяют поддерживать армейскую авиацию ВКС России на должном уровне при любом выборе — будь то дальнейшее производство любого из трех новых вертолетов как основного, или же сосредоточение на модернизации парка Ми-24.

SMI2.NET

Рассказать друзьям

Неверно введен email
Подписка оформлена