Турецкий кризис: где пройдет основной фронт

12:2927 Nov, 2015 12596

Намеренное уничтожение российского самолета турецкими ВВС утром 24 ноября провело жирную черту, разделившую историю сирийской воздушной кампании надвое. Россия столкнулась с первым серьезным вызовом, на который она не может ответить силой и в лоб, однако не ответить уже не может.

Трактовка этого эпизода совершенно однозначна, и по ее поводу не может быть двух мнений. Турецкая сторона не только устроила на ровном месте провокацию, в результате которой были убиты два человека, но и принялась довольно-таки злобно хамить в ответ по итогам произошедшего. Это не может остаться без внимания.

Фото: kremlin.ru

Турция вместе с монархиями Залива (Саудовской Аравией и Катаром) оказалась главной «потерпевшей» от силового вмешательства России в сирийскую гражданскую войну.

Тщательно выстроенный проект работы с приграничными боевиками, ослаблявший враждебный Дамаск, был фактически аннулирован. Эр-Рияд и Анкара оказались оттерты от решения региональных вопросов, закоротившихся в разной степени успешности двусторонних контактах Москвы с Вашингтоном, Лондоном, Парижем и Тель-Авивом.

Реакция НАТО на гибель Су-24 вряд ли могла порадовать Турцию. США заявили, что «я — не я, и корова не моя»: произошедшее не относилось к коалиционной операции против ИГ и не могло подпадать под двухсторонние договоренности с Россией об обеспечении безопасности полетов в небе над Сирией, и вообще является делом Турции по обороне своих рубежей. (Последнее надо читать как «сами и разбирайтесь».) НАТО дежурно уверило Турцию в поддержке и на этом устранилось из пространства.

Чиновники Белого Дома в частном порядке прокомментировали ситуацию, отметив, что если российский самолет и нарушал турецкую границу, то это продолжалось «считанные секунды».

Это, видимо, и есть та самая «поддержка версии Турции», которая, напомним, сама по себе сводится к тому, что Су-24 находился в воздушном пространстве Турции около 17 секунд.

Ровно такую же позицию высказала Германия, организовав это демонстративным сбросом внутреннего доклада военного ведомства через газету Bild.

Тем не менее, свою вину Анкара понимает хорошо. С этим связано и беспомощное письмо в аппарат генсека ООН, опубликованное вечером 24 ноября, в котором пара Су-24 стыдливо именуется «летательными аппаратами неизвестной национальной принадлежности» (там же сообщается и про 17 секунд). К слову, вечером 26 ноября президент Эрдоган, попавший в усугубляющуюся дипломатическую изоляцию, снизошел-таки до оговорки: мол, если бы мы знали, что это русские, то не открыли бы огонь, после чего предложил Владимиру Путину встретиться и переговорить 30 ноября в Париже.

Проблема в том, что, скорее всего, — знали. И именно об этом хотел сказать Путин 24 ноября, назвав произошедшее «ударом в спину».

Итак, Москва попала в крайне щекотливую ситуацию. Налицо откровенный casus belli, устроенный членом НАТО, надежно прикрытым 5-й статьей договора (касающейся коллективной самообороны). При этом понятно, что Вашингтон не будет открыто выгораживать Анкару из-за откровенной невыгодности такой позиции. Вроде бы приглашение к жесткому давлению на Турцию.

Оно, однако, обманчиво. Штаты с самого начала заняли скорее благожелательную позицию к российской операции на Ближнем Востоке (потому что она позволяет решить целый ряд накопившихся проблем, свалив «побочные потери» на русских), тем не менее, они никогда не упустят случая воспользоваться формальными ошибками своего «партнера-оппонента».

Позиционная шахматная партия на Ближнем Востоке, результатом которой станут новые правительства в ряде стран региона, скорее всего — новые блоковые структуры, а с хорошей вероятностью еще и новые границы (как и, возможно, новые государства), будет долгой и изматывающей.

Набирать в ней темпы нужно уже сейчас, и Вашингтон не откажется воспользоваться ошибками России, которые та может наделать, увлекшись показательным возмездием Турции за неспровоцированную атаку.

С этой точки зрения и следует рассматривать российские военные приготовления в Сирии. Демонстративная переброска пусковых установок С-400, перевод крейсера «Москва» ближе к Латакии (у него на борту С-300Ф «Форт», чей радиолокационный комплекс с самого начала использовался как дополнительное средство контроля воздушной обстановки в районе) и решение об увеличении наряда истребителей в задачах сопровождения ударных машин понятны и предсказуемы. Также как понятно и то, что теперь ударные самолеты, работающие по исламистам в северо-западной Сирии, будут держаться в стороне от турецкой границы.

Нагрузка на логистику сирийской операции выросла: теперь придется обеспечивать «непроизводительные» вылеты перехватчиков, которые раньше лишь дежурно обозначались в сирийском небе (четверкой Су-30 СМ).

Это плохо, но не критично для хода кампании.

С одной стороны, нет никаких сомнений, что в случае повторения провокации (а мы вынуждены полагать это возможным, поскольку 24 ноября одна такая провокация уже была целенаправленно устроена) подобные средства могут быть применены — с абсолютно разрушительными последствиями.

С другой стороны, именно это показывает основной фронт, на котором Москва будет отвечать Турции: это экономические связи и работа по усугублению дипломатической изоляции Анкары как в регионе, так и на Западе.

Задача эта требует кропотливой черновой работы, однако не выглядит неподъемной.

А для телеэкранов останутся старты перехватчиков с «Хмеймима» и грозно вращающиеся антенны радиолокационных станций ЗРС.

SMI2.NET

Рассказать друзьям

Неверно введен email
Подписка оформлена