Ракетная осень 1962 года

13:1916 окт, 2014 1377

Карибский кризис 1962 года стал серьезнейшим военно-политическим кризисом, разразившимся после Второй Мировой войны. И тот факт, что возник он между двумя ядерными сверхдержавами, только осложнял дело. Многое приходилось «нащупывать» буквально по ходу противостояния, без права на ошибку.

Конец 1950-х годов СССР встречал в не самой приятной стратегической ситуации. В Евразии по периметру советских границ сформировался плотный пояс американских военных баз. Оттуда американские стратегические бомбардировщики (а с некоторого времени и ракеты средней дальности) доставали все важнейшие промышленные и административные центры Союза. В то же время советские Вооруженные силы практически не имели никакой возможности всерьез достать США через океан.

Крупнейшей проблемой были как раз американские ракеты средней дальности «Юпитер», которые в 1959—1961 годах были развернуты в Италии и Турции. Из Турции, например, легко простреливались основные центры европейской части СССР, включая Москву и Ленинград.

Ракета средней дальности «Юпитер»

Ракета средней дальности «Юпитер»

Межконтинентальные ракеты еще только придумывались, они были немногочисленны, неотработанны, капризны и требовали длительного времени на предстартовую подготовку.

Реальным средством, уже готовым к применению, были ракеты средней дальности… но как подтащить их к Соединенным Штатам, окруженным океанами?

Так и появилась на свет авантюрная операция «Анадырь»: развертывание ракет средней дальности Р-12 и Р-14 на острове Куба, где только что победила революция и установился дружественный Союзу режим Фиделя Кастро. Наглость этого плана была совершенно запредельная: американские аналитики, слепо уверенные в том, что СССР никогда и ни при каких обстоятельствах не вывозит ядерное оружие за пределы своих границ, не сразу поверили в то, что увидели на фотоснимках, сделанных над Кубой 14 октября 1962 года.

Сейчас уже известно, что советская военная группировка, развернутая на Кубе, обладала 16 пусковыми установками ракет Р-14 (с запасом в 24 ракеты) и 24 пусковыми установками для Р-12 (с запасом в 36 ракет). Р-12 несла ядерный моноблок мощностью около 1 Мт, ракета Р-14 могла иметь и более мощные блоки в 2 Мт.

Первые ракеты были завезены на остров в начале сентября 1962 года, как раз в момент, когда администрация президента Кеннеди ввела запрет на разведывательные полеты над Кубой.

В первый же полет после возобновления разведки самолет-шпион привез неприятный улов.

Дополнительно, для обороны самого острова, советские войска получили тактическое ядерное оружие: 12 ракетных комплексов малой дальности 2К6 «Луна», 80 ядерных крылатых ракет ФКР-1, шесть бомбардировщиков Ил-28 с шестью ядерными бомбами и шесть противокорабельных ракет «Сопка» с ядерными боевыми частями.

Ракетная база под Сан-Кристобаль, Куба, октябрь 1962 года

Ракетная база под Сан-Кристобаль, Куба, октябрь 1962 года

Когда ракеты средней дальности были обнаружены буквально «за забором», это вызвало шок в Белом Доме. Р-12 доставала до Вашингтона, Р-14 покрывала всю континентальную территорию США, кроме Аляски. Военные начали требовать атаки Кубы. Но гарантировать стопроцентное уничтожение пусковых установок они не брались. А игра шла неприятная.

Систем ПРО, эффективных против таких ракет, тогда еще и близко не было, так что каждая стартовавшая ракета с мегатонным моноблоком — это, считай, минус один крупный город в США.

Джон Кеннеди активно противился любым попыткам военных втянуть его в военную эскалацию кризиса. Он чувствовал, что привычные схемы для расшивки кризисов уже непригодны, они не работают в новом мире «ядерной глобализации». Нужно нащупывать новые способы, причем без черновиков — сразу набело. Он не стал форсировать события, а для начала объявил морскую блокаду Кубы.

Обстановка в эти тринадцать дней (с 14 по 27 октября 1962 года) была не то что нервной, а просто тяжелейшей. Военные обеих сторон работали в старой логике, и регулярно совершенно непреднамеренно создавали ситуации, чреватые началом ядерной войны.

Майор Ричард Хайсер (слева) и командующий ВВС США генерал Куртис ЛеМэй обсуждают с президентом Джоном Кеннеди фотографии советских ракет на Кубе

Майор Ричард Хайсер (слева) и командующий ВВС США генерал Куртис ЛеМэй обсуждают с президентом Джоном Кеннеди фотографии советских ракет на Кубе

То советские зенитчики сбивают американский самолет-шпион U-2 и обстреливают самолеты RF-8 Crusader, попытавшиеся на бреющем полете прорваться к позициям советских ракет и сфотографировать их.

То американские эсминцы начинают гонять советские подлодки, дежурящие в водах Кубы, жестко вынуждая их к всплытию. На борту этих лодок, между прочим, имелись ядерные торпеды, а у командиров была неофициальная инструкция применять их «по обстановке», без связи с Москвой.

Одно неловкое движение, один нервный срыв — и ядерная война получалась как бы сама собой.

В конце концов, все решила тайная дипломатия. 26 октября резидент советской разведки в США Александр Феклисов (работавший в посольстве под псевдонимом Александр Фомин) вышел на контакт с обозревателем телеканала ABC Джоном Скали, вхожем в администрацию Белого Дома. И — во многом по собственной инициативе (так он, во всяком случае, писал сам впоследствии) — обсудил с ним ситуацию, сделав несколько прозрачных намеков. Скали довел информацию о встрече до братьев Кеннеди, и буквально тут же получил задание передать Феклисову-Фомину конфиденциальный набор предложений о деэскалации кризиса для передачи в Москву.

Зачем все это было нужно? Например затем, что прямой «горячей линии» между Вашингтоном и Москвой в тот момент просто не существовало. Ее и сделали-то только по итогам удачного разрешения Карибского кризиса.

Два игрока с ядерными дубинами договаривались вслепую в тесной темной комнате.

Джон Скали (слева) и Александр Феклисов

Джон Скали (слева) и Александр Феклисов

Итоговые договоренности после тайных переговоров выглядели так: СССР демонтирует и вывозит с Кубы свои ракеты, США снимают блокады Кубы, дают гарантии неприкосновенности режиму Фиделя Кастро и по-тихому выводят из Турции раздражающие Москву ракеты
«Юпитер».

Пара весьма напряженных нервных дней увенчалась успехом: соглашение было принято обеими сторонами. В 16:00 28 октября 1962 года командующий советскими войсками на Кубе генерал Плиев получил приказ немедленно начать демонтаж пусковых установок Р-12 и Р-14. Кризис миновал.

Эта история очень многому научила великие державы.

Они вдруг поняли, насколько хрупок вверенный им шарик — планета Земля. И что для того, чтобы из-за впопыхах нажатой кнопки не начинались ядерные войны, нужно больше разговаривать друг с другом.

Так появились и «горячие линии», и другие механизмы обмена информацией, а с 1970-х годов запустился процесс сначала ограничения, а затем и сокращения ядерных вооружений.

SMI2.NET

Рассказать друзьям

Похожие статьи

Еще
Неверно введен email
Подписка оформлена