ПВО как показатель состоятельности государства

14:2612 апр, 2015 4843
Фото: Защищать Россию

Сегодня страна отмечает День войск ПВО. О тенденциях развития российской противовоздушной обороны, мы поговорили с главным редактором сайта «Вестник ПВО», блоггером Саидом Аминовым.

— Вы более 10 лет ведете сайт «Вестник ПВО»

— Уже почти 16 лет, с мая 1999 года. Сначала был сайт, потом блог. На тот момент было много людей, которые рассказывали про военную технику, в основном про авиацию и бронетехнику, а ПВО находилась в тени ракетно-космической техники и не всегда о ней широко говорили. А поскольку я немного знаю о ПВО — изучал ее на военной кафедре в МВТУ имени Н. Э. Баумана, — то и решил, что это как раз то, чем я мог бы заниматься. Я знал, что созданная в СССР ПВО — многогранна, интересна и обеспечивала надежную защиту нашей большой страны.

При этом ПВО — это краеугольный элемент национальной обороны. Это то, ради чего стоит работать, чтобы страна спала спокойно.

В локальных конфликтах современности ПВО — это один из тех моментов, которые показывает состоятельность государств или ее отсутствие. Потому что все действия западных коалиций заключались в том, чтобы взламывать несовершенную ПВО и насаждать свои цели и задачи. Наличие или отсутствие качественной ПВО определяет исход международных конфликтов. Наша страна — центр компетенций в области ПВО и ПРО. И это тот багаж, который должен приумножаться и развиваться.

— Какие количественные и качественные изменения произошли в ПВО за это время? Что бы вы отметили? В лучшую или худшую сторону? С чем это связано?

— За три пятилетки по сути произошел серьезный перелом. Он общий для всей нашей оборонной промышленности и всех родов вооруженных сил. Мы наблюдаем возрождение армии и промышленности.

На рубеже конца 90-х годов мы могли создать системы нового поколения, но не было денег, чтобы страна могла потреблять эти комплексы. В 2000-х промышленность выжила за счет того, что поставила на экспорт те системы, которые планировались для национальных вооруженных сил, и насытила многие страны мира современными системами ПВО — теми, которых у нас не было на вооружении. Надо отметить, что значительное количество современных систем при распаде Союза осталось на территориях Белоруссии и Украины. При этом происходил процесс вымывания кадров, но — что удивительно — промышленность оставалась способна создавать конкурентоспособные образцы техники ПВО.

В последние 5−6 лет мы видим, что идет серийное производство новой техники, и она поступает на вооружение российской армии. Примечательно, что совсем новые системы сначала поступают на снабжение нашей армии, а только потом предлагаются на экспорт.

Как это происходит с новейшей ЗРС С-400 «Триумф». И это принципиальный момент. Потому что мир не стоит на месте, средства нападения совершенствуются, и средства обороны должны также совершенствоваться.

Почитайте новости — сообщают, что в 2015 год ожидается утроение производства зенитных ракет по сравнению с 2014 годом. Это революционный шаг. Если смотреть открытые источники, то скажем, в структуре продаж концерна ПВО «Алмаз-Антей» тенденция к тому, что доля поставок по линии гособоронзаказа на протяжении последних лет начинает преобладать над экспортными поставками.

— То есть ситуация меняется в лучшую сторону?

— Явно в лучшую. От создания экспортных образцов мы перешли к серийным поставками систем нового поколения, глубокомодернизированных систем для российских ВС.

— С чем это связано?

— В первую очередь с тем, что политическое руководство страны трезво взглянуло на техническое состояние вооруженных сил, и с тем, что современные угрозы возможно отразить только современным и отечественным вооружением. И поскольку на лицо ухудшение внешней политической ситуации, то это говорит о том, что это решение руководство приняло давно. Создание в свое время концерна ПВО «Алмаз-Антей» — одного из первых концернов среди вертикально интегрированных в машиностроении и радиоэлектроники — было очень правильным шагом. Это объединение и сохранение кооперации по производству зенитно-ракетных систем.

Еще наша страна хороша тем, что у нас есть несколько центров компетенций в области ПВО.

Это НПО «Высокоточные комплексы», в состав которого входит КБ приборостроения имени академика Шипунова — создателя знаменитых ЗРПК «Панцирь», КБ машиностроения в Коломне, которое разрабатывает переносные зенитно-ракетные комплексы «Игла», а теперь и «Верба». Таким образом, на текущий момент можно констатировать, что Россия способна производить самую широкую линейку средств ПВО, и аналогов в мире нет.

— Вчера информагентства сообщили о том, что в 2015 году армия примет на вооружение дальнюю ракету для С-400 «Триумф», способную уничтожать баллистические ракеты средней дальности в ближнем космосе. А ранее сообщалось, что аналогичная по дальности ракета испытана для системы войсковой ПВО С-300В4. Для каких задач могут применяться такие ракеты?

— Если обратиться к истории, то в Советском Союзе существовало два рода войск ПВО. Это войска ПВО страны, которые обеспечивали защиту важных административных, государственных и военных объектов. И как вид ВС — в сухопутных войсках были части подразделений ПВО, которые решали задачи оперативного прикрытия боевых порядков разного уровня организационных подразделений: от армии и дивизии до батальонов и бригад. Для каждого рода войск ПВО создавались свои системы. Были две параллельные инженерные школы. Одна была школа «Алмаза» под руководством Расплетина-Бункина, которая создавала системы ПВО, к которым относятся знаменитый «Беркут», кольцо ПВО вокруг Москвы, комплексы ЗРК С-25, С-75, С-125 и системы С-300 с индексом «П».

Параллельно был Научно-исследовательский электромеханический институт, который возглавлял Вениамин Ефремов, который создавал системы для армейской ПВО (ПВО сухопутных войск). И там была разработана система большой дальности С-300 с индексом «В».

— Чем они отличались?

— Оба автономные самоходные, но вариант С-300П создавался в первую очередь как комплекс противосамолетной обороны, против воздушных целей -истребители и бомбардировщики, самолеты-разведчики, самолеты дальнего радиолокационного обнаружения. А армейский вариант С-300В — кроме противосамолетной обороны, для обеспечения перехвата оперативно-тактических ракет и ракет средней дальности. И уникальный конструктор Ефремов эту задачу реализовал в конце 80-х годов. Когда в конце 80-х на вооружение был принят комплекс С-300В — это был единственный в мире комплекс, который обеспечивал перехват таких целей. Ни американский «Патриот», ни С-300П к тому моменту такими возможностями не обладали. Ефремовская система С-300В — это, по сути, система ПРО театра военных действий.

Потом, в 90-е годы система С-300В оставалась в тени, но, к чести ее разработчиков, продолжала совершенствоваться. Она прошла ряд модернизаций. В результате появился экспортный вариант С-300ВМ «Антей-2500», у которого дальность поражения 250 км.

Параллельно создавался глубокомодернизированный вариант С-300В4 для российских вооруженных сил. И его ракеты могут поражать воздушные цели на дальности 400 км, о чем стало известно совсем недавно.

Система С-300П тоже модернизировалась, в результате появилась система С-300ПМУ3 «Фаворит» с дальностью поражения авиационных целей 240 км.

Когда создавалась система С-400 «Триумф», то закладывалось ее разработчиками, что она будет способна применять несколько видов зенитных ракет, разработанных в МКБ «Факел». Это ракета средней дальности 9М96 (дальность поражения до 124 км). Потом есть базовая ракета, которая универсальна и в «Фаворите», и в «Триумфе» — это 48Н6 (в экспортном варианте Е3). А в С-400 планировалось внедрить ракету 40Н6, которая должна была стрелять на предельную дальность 400 км. И вот о ней сейчас пишут в СМИ, что заканчиваются испытания и развернуто ее опытное производство.

То, что мы уже создали С-300В4, — это очень важно. Ефремовская система уже есть. Она уже третий год идет в сухопутные войска по госзаказу. Плюс, ее экспортный вариант с более упрощенными характеристиками поставляется в Венесуэлу, Египет, и сейчас предлагаем Ирану.

Саид Аминов


Фото: Дарья Баринова/Защищать Россию

— Почему важна новость об оснащении дальней ракетой системы «Триумф»?

— Потому что «Триумф» становится полноценным комплексом. Система будет, наконец, обеспечивать защиту территорий и гражданских, и военных объектов с такой дальней ракетой. Аналог есть только у нас в системе С-300В4.

— Планируется принять на вооружение перспективную С-500 «Прометей». Что в ней будет нового, и какие задачи она будет решать? Это наш ответ на американскую угрозу молниеносного глобального удара?

— Получается, что, с одной стороны, противник не стоит на месте и развивает элементы высокоточного оружия, которые могут применяться с авиационных носителей — самолетов, бомбардировщиков, беспилотных средств. Развивают крылатые ракеты воздушного и морского базирования, которые могут быть применены по нашей территории. А с другой стороны, вооружение уходит в ближайший космос.

Вопрос поражения объектов типа низкоорбитальных спутников, либо объектов, которые приходят из космоса, — это задача для систем следующего поколения.

С-500 — это как раз задача обеспечения противоракетной и противоспутниковой защиты нашей территории. Здесь более жесткие требования к радиолокационным средствам, к средствам поражения, потому что это должны быть высокоскоростные ракеты-перехватчики, способные поражать цели в ближайшем космосе.

— Есть ли сравнимые конкуренты у наших новых образцов техники ПВО (ЗРС С-400 «Триумф», ЗРС С-350 «Витязь», ЗРПК «Панцирь-С»)? В чем наше конкурентное преимущество, в чем уступаем?

— Такой широкой линейки систем ПВО, которая разработана и производится в нашей стране, аналогов нет, если брать отдельно взятые страны или международные концерны. С другой стороны, понятно, что есть градация систем по дальности действия. В системах дальнего действия наш основной конкурент — это США с их системой «Пэтриот», Китай, который бессовестно клонирует российские системы ПВО и пытается их дорабатывать, и Европа в лице концерна MBDA и их системы «Астер-30».

С точки зрения, например, систем дальнего действия, которые имеют возможность поражения баллистических целей, то тут, наверное, относительным конкурентом являются США с их системой ПРО THAAD, но она запрещена к экспорту. У Израиля есть система ПРО Arrow (она создается с существенным финансовым и инженерным участием США), но она тоже не разрешена к экспорту.

По средней дальности конкуренция достаточно серьезная, потому что аналогом «Витязя» и «Бука» является европейский «Астер-15» и ряд других. Однако, по сути, такой дальнобойной системы у них нет, потому что в Европе в них нет потребности. Зато у них насыщен диапазон систем ближнего действия, чья граница поражения до 50 км.

Но фаворитом все равно является российский ЗРПК «Панцирь», потому что это автономная система, которая объединила в своем составе и ракетное, и артиллерийское вооружение, и радиолокационные средства. И у нее дальность поражения ракетного вооружения 20 км, чего нет у европейцев.

В системах малой дальности у нас есть предложения по комплексам «Сосна», «Тунгуска», «Тор». Есть интересные израильские комплексы — это система «Железный купол», но достаточно локальная, в первую очередь предназначенная для Израиля. Это такой дешевый комплекс ПВО для борьбы с очень дешевыми целями.

Плюс, переносные зенитно-ракетные комплексы. Здесь много игроков, но российская «Игла-С» по праву является одним из лучших комплексов предыдущего поколения и активно экспортируется за рубеж. С прошлого года в российские войска начали поступать комплексы нового поколения «Верба». Комплекс еще достаточно новый, поэтому по нему пока информации нет.

— Чего не хватает сегодня нашим ПВО, какой боевой техники? Может быть каких-то обеспечивающих систем (РЛС, систем связи и пр.)?

— Сейчас как раз тот момент, когда системы РЛО начали обновляться в серьезных масштабах, о чем сообщает пресса. Та же новая станция — нижегородская «Небо-У». Это мощный современный радиолокационный комплекс, который способен работать во всех диапазонах волн и обнаруживать все виды целей, в том числе малозаметные воздушные. Что касается автоматизированных систем управления, то как раз в войска начали поступать новые комплексы «Поляна-ДМ4» для сухопутных войск.

Вопрос только в объемах поставок. Нужно успеть по количеству. По качеству и номенклатуре у нас проблем нет.

Необходимо обеспечить нужное количество техники для создания реальной противовоздушной обороны.

Сейчас на это направлены все усилия.

Отрадно, что концерн ПВО строит три инфраструктурных объекта для обеспечения такой задачи. Первый объект, который, по сути, уже реализован, — это Северо-Западный региональный центр в Санкт-Петербурге на площадке Обуховского оборонного завода, где сосредоточены предприятия по созданию новой техники ПВО. Вторая площадка — это Нижний Новгород на базе Нижегородского машзавода, где создается сборочное производство систем нового поколения ПВО. В Кирове создается сборочное производство зенитных управляемых ракет.

Это будет три самых современных производства в области боевых средств для систем нового поколения.

Параллельно действующее производство модернизируется в рамках федеральной целевой программы развития ОПК. Сейчас вопрос только своевременного производства. Страна у нас огромная и, конечно, возможности нужно наращивать.

— Как можно оценить принятое решение об объединении ВВС и войск ВКО в единые Воздушно-космические силы?

— Думаю, создание Воздушно-космических сил — это дань времени. Угроза из космоса реальна, угроза глобального удара абсолютно реальна. США не скрывают, что разрабатывают средства обеспечения этого удара. Как это организационно решается — сложно сказать, но в целом это позитивно, потому что мы создаем войска, которые оснащены соответствующими средствами. Вопрос — успеть все это испытать, запустить в серийное производство, обучить личный состав и разместить на позициях.

Показательный факт, как оперативно была развернута группировка ПВО на Крымском полуострове.

Она состоит из разнородных вооружений, но как раз в той концепции, которая обеспечена на материковой части, это ЗРК С-300ПМ и система ближнего действия ЗРПК «Панцирь-С».

— В сентябре этого года на территории России и Казахстана пройдут совместные учения Объединенной системы ПВО СНГ «Боевое содружество — 2015». Понятно, что это дает им, а что это дает нам?

— Вопрос той или иной интеграции стран бывшего СССР остается на поверхности. В нынешней ситуации вопрос в военной части этого объединения крайне актуален. Вопрос объединения оборонительных систем показывает, что блок этих государств в первую очередь решает оборонительную задачу. Учения покажут единство стран с точки зрения подходов к обеспечению ПВО, созданию единого информационного пространства. Плюс, вопрос в поставках современных российских систем в эти страны.

Первый шаг к этому — поставки в Белоруссию комплексов С-300П и системы малой дальности «Тор». В ближайшее время можно ожидать новые контракты с Казахстаном.

Плюс, ранее наша техника была размещена на военной базе в Армении, а также поставлена вооруженным силам Армении. Одновременно Азербайджан является одним из активных покупателей российских систем, в том числе системы ЗРС С-300ПМУ3 «Фаворит». Важно отметить, что Белоруссия имеет высокий инженерно-технический потенциал, включая части систем и комплексов ПВО. Здесь важна техническая интеграция в рамках Союзного государства, в том числе для обеспечения импортозамещения.

Беседовала Дарья Баринова

SMI2.NET

Рассказать друзьям

Неверно введен email
Подписка оформлена